Надгробие на братской могиле павших в эти дни, 26-31 января 1918 г. по новому стилю, сейчас находится в очереди на демонтаж вместе с рядом других знаковых мемориалов Одессы. Средства на снос уже выделены из городского бюджета. О выходе на защиту памятки нечего и говорить – общественная жизнь залегла, как камбала на морском дне. Хотя само противостояние проходило в контексте борьбы между киевским правительством ТЦК УЦР и 1-м Всеукраинским съездом Советов в Харькове, созданная в результате него ОСР претендовала быть непосредственно частью РСФСР (в Петрограде, однако, хотели, чтобы она была в составе Советской Украины). И хотя в Харькове анархисты тогда тоже пользовались серьезным влиянием, в Одессе то был совсем другой уровень. По мере затягивания нынешней войны и неясных перспектив мирного урегулирования, объективно возникает запрос на третью вооруженную силу против любой власти. Поэтому так важно помнить, что первый массовый уличный бой украинскому национализму дали не любители Российской империи, а их самые ярые и непримиримые противники, тогда как тогдашний Майдан оказался по одну сторону баррикад со сторонниками имперского самодержавия. Можно не сомневаться, что сегодняшние рашисты и украшисты тоже смогут найти общий язык, если почувствуют для себя общую смертельную угрозу. Итак, добро пожаловать на новую занимательную прогулку с нами по этой terra incognita для современной системы образования!
****
Как почти четверть века назад писал в газете “Набат” одесский историк и левый активист Вячеслав Азаров, Одесса – один из центров анархистского движения Российской империи наряду с Белостоком и Екатеринославом. И не удивительно – вольный, независимый и озорной характер жителей этого города был всегда очень близок анархистам разных направлений.
Особо крупной и самостоятельной силой анархисты Одессы стали в период двоевластия 1917 г. В Совет рабочих депутатов города (СРД) входили пятеро анархистов, два анархо-коммуниста и два анархо-синдикалиста. Накануне Январского вооруженного восстания 1918-го власть в Одессе принадлежала “Совету десяти” – коалиционному правительству, состоявшему из пяти представителей Украинской Центральной Рады и пяти представителей СРД. Соответственно по сферам влияния город делился на две части. Южная часть от улицы Полицейской до Большефонтанской дороги, а также Александровский парк (ныне – парк Шевченко) была занята гайдамаками и юнкерами. Под контролем СРД находились порт, часть города от него до Полицейской улицы, а также Пересыпь, Молдаванка, Слободка, Ближние и Дальние Мельницы. СРД имел в городе три центра: на Пересыпи – большевистский Союз металлистов, в Железнодорожном районе – большевистско-левоэсеровский Железнодорожный комитет и, наконец, в Портовом районе – анархистский Союз моряков.
Союз моряков торгового флота (СМТФ) представлял собой многочисленный профсоюз, контролировавший суда, порт и судоремонтные заводы. Он являлся если не прямым наследником, то продолжателем традиции анархических морских ополчений и профсоюзов, созданных Яковом Новомирским, который в 1907-м попытался объединить всех одесских анархистов и отделить их от налетчиков и воров, прикрывавших свои экспроприации анархистскими лозунгами (на излете той первой революции синдикальные анархисты во главе с Новомирским доминировали в рабочем движении Одессы). Председателем Союза c апреля 1917 г. был анархист Владимир Чернявский – бывший кочегар, в 1908-м арестованный в Одесском порту за провоз нелегальной литературы и сосланный на поселение в Сибирь, делегат от СРД на съезде Румынского фронта в декабре 1917-го. Часть анархистских вооруженных формирований (в том числе сотня Союза моряков) входила в состав Красной гвардии при СРД. Впоследствии эта сотня выделилась в самостоятельный отряд Союза моряков, вокруг которого группировались все вооруженные силы Союза. Кроме того, внушительной силой в городе была Одесская федерация анархистов во главе с членом Верховной комиссии Советской республики по русско-румынским делам Анатолием Железняковым (всем известный “матрос Железняк”) и секретарем Исполкома СРД Александром Фельдманом – будущим комиссаром 54-го полка РККА под командованием налетчика Мишки Япончика (Моисея Винницкого).
“Сине-жёлтые знамёна были подняты над Одессой вскоре после октябрьских событий в Петрограде. Воспользовавшись тем, что Временное правительство пало, а большевики ещё не вполне укрепились, 27 октября Центральная Рада разослала сообщение о том, что провозглашает себя “Временным правительством автономной Украины”, – пишет Борис Орлов в более общей хронике этого выступления. – 7 (20) ноября Центральная Рада приняла III Универсал, объявив создание Украинской Народной Республики – пока что в составе России. Суверенитет УНР распространялся и на Одессу. Во всех правительственных и казённых учреждениях были выставлены украинские военные патрули. Решение о переходе под власть Центральной Рады многими в Одессе воспринималось негативно. Одесская городская дума после горячих дебатов “категорически отвергла претензии” Центральной Рады на город. Откровенно враждебно относились к действиям ЦР одесские большевики”.
1 (13) декабря 1917 г. на улицах Одессы разгорелся бой между анархистами и гайдамаками Центральной Рады. Двадцать анархистов на Греческой площади напали на гайдамацкий патруль, после чего гайдамаки попытались штурмовать один из штабов анархистов, анархисты в отместку бросили бомбу в районный комиссариат. В течение декабря продолжались перестрелки гайдамаков с красногвардейцами, унесшие минимум 23 жизни. Восстание началось вечером 13 (26) января 1918 г. с изгнания гайдамацких караулов от почты, телефонной станции и банков, а также захвата красногвардейцами военных складов Румынского фронта. Оружием со складов были снабжены железнодорожники и моряки-анархисты. Два первых дня боев анархисты Союза моряков вели наступление по Александровскому парку, оттеснив оборонявших его юнкеров за главную аллею. В ночь на 17 (30) января, под угрозой расстрела революционными кораблями “Синоп” и “Ростислав”, крейсер националистов “Память Меркурия” спустил флаг, и оружием из его арсеналов были вооружены свежие формирования СМТФ. В ту же ночь новые дружины моряков-анархистов начали массированное наступление по Александровскому парку. Сражение длилось всю ночь, и к утру ценой больших потерь парк был полностью очищен от юнкеров. В то же время Красная гвардия теснила гайдамаков к вокзалу, а крейсер “Алмаз” расстреливал гайдамацкие курени на Большом Фонтане.
В час дня 18 (31) января бои внезапно прекратились. Лидеры гайдамаков согласились вывести войска из города. Затем на Куликовом поле состоялись похороны огромного количества павших. Одесса еще не видела такой траурной процессии. Бесконечные колонны моряков, рабочих и солдат под черными и красными знаменами несли множество гробов по улице Пушкинской, от Дерибасовской до Куликова поля, в огромную братскую могилу.
Смотрим по теме: Улица Анархии в центре Харькова – правда или легенда? Красочная фотоэкскурсия.
Смотрим по теме: Дни в истории Харькова. Малоизвестный анархо-стих Сергея Жадана и из харьковской революционной классики.
Большой проблемой для СРД и Одесского Совнаркома в период организации Советской власти 1918 г. стал конфликт с Союзом безработных, который возглавлял Хаим Рыт – учитель по профессии и анархо-синдикалист по взглядам. По разным данным Союз насчитывал примерно 20-25 тыс. человек. Как можно узнать из этого ролика, он был создан в июле 1917-го инициативной группой из около 100 человек, а Рыт входил в Независимую группу анархистов вместе со знаменитым впоследствии Самуилом Шварцбардом (в 1926-м застрелившим Петлюру в Париже), которая располагалась в особняке на улице Петра Великого. Анархисты-безработные претендовали на самостоятельную роль в организации общественного управления в городе. Для этого их Союз настаивал на создании высшего органа в форме общего собрания из представителей Совета безработных и Советской власти. Кроме того, Совет пытался навязать делегатов от своих секций (по видам деятельности) к соответствующим комиссарам Советской власти для создания смешанных комиссариатов. Этот конфликт смогла погасить лишь эвакуация Совнаркома из Одессы.
Виктор Савченко утверждает в биографическом очерке о Мишке Япончике, что идейные анархисты в этом Союзе соседствовали с бандитско-босяцкой стихией:
“Около 130 человек, с обеих сторон, погибли, а более 300 были ранены. Каждая из сторон защищала “светлое будущее народа”. Дружина Япончика приняла участие в уличных боях за Молдаванку, вокзал, Штаб округа вместе с подобными формированиями большевиков, анархистов, левых эсеров.
Пока шли бои, продолжалась и послевоенная неразбериха; оказавшиеся на свободе арестанты десять дней держали в страхе город. Закончилась “одесская революция” нападением уголовников на Регистрационное бюро милиции. Во дворе милиции было сожжено 16 тысяч карточек на уголовников Одессы. Погибли и все сведения о Мишке Япончике и его дружках, собранные за много лет их “карьеры”. Сейчас сведения о жизни Япончика до 1918 года пришлось собирать по крупицам, используя подшивки дореволюционных газет, воспоминания, обрывочные документы гражданского архива.
После победы над “украинцами” в Одессе была провозглашена Одесская советская республика со своим правительством – Совнаркомом. Еврейская боевая дружина Япончика вошла в состав Одесской советской армии как резерв правительства и командования и была переведена на государственное содержание. М. Винницкий после “одесского Октября” стал известным и “славным” революционером. Он был “вхож” к руководству “красной” Одессы – к Муравьеву, Юдовскому, Мизикевичу.
В дни Одесской республики Япончик продолжал реквизиции “для нужд армии и революции”. Так, были реквизированы товары в магазине Блажевского. Через анархиста Рыта Япончик пытался контролировать одесский “Союз безработных”. Тогда был выдвинут оригинальный лозунг: “Все дома – безработным! Вся власть – безработным!” Среди 25 тысяч членов союза безработных добрую половину составляли босяки и уголовные элементы, которые и не стремились честно трудиться.
В газете “Одесская почта” за 2 февраля 1918 года было напечатано воззвание “группы воров Одессы”. Воры-профессионалы обязывались грабить только богатых и требовали к себе “уважения”. Они писали: “Мы, группа профессиональных воров, также проливали кровь в печальные январские дни, идя рука об руку с товарищами матросами и рабочими против гайдамаков. Мы тоже имеем право носить звание граждан Российской республики!”
В феврале комиссар Дома Советов Одессы, что расположился в бывшем Воронцовском дворце, матрос Чередниченко убил вора на “месте работы”, у здания Советов. Возмущенные бандиты и безработные взяли в осаду здание Одесского Совета и потребовали суда над убийцей. Только военные части смогли успокоить толпу, которая выступала и против принятого решения об объявлении всех бандитов вне закона и расстреле их на месте преступления.
В феврале в Одессу прибывает “красный диктатор” Муравьев. Он пытается ликвидировать местную преступность, однако очень скоро находит общий язык с Япончиком и атаманом Яшкой Зайдлером – командиром 1-го отряда анархистов-террористов. Однако удержать Одессу компании авантюристов, прикрывавшейся революционной фразой, не удалось.
13 марта 1918 года в Одессу вошли германские и австро-венгерские части под командованием генерала Коша. А в ночь с 12-го на 13-е марта банда Япончика совершила нападение на банк, гостиницу “Версаль” и военные склады. Одесская советская армия, лидеры большевиков и советской власти бежали из города, даже не попытавшись оказать сопротивление оккупантам. Эвакуируя Одессу, революционеры оставили в городе многочисленное и разношерстное подполье, которое ориентировалось на большевиков, левых эсеров и анархистов”.
В результате победы Советской власти из Одессы бежали не только гайдамаки и юнкера, но и все офицеры Одесской военной транспортной флотилии. Работа флотилии и порта оказались практически парализована. В этих условиях анархисты из Союза моряков взяли морской транспорт и порт в свои руки. Фактически это была первая столь масштабная попытка производственного самоуправления в Одессе. Когда германские и австро-венгерские войска вплотную подошли к городу, Совнарком стал готовить эвакуацию, в основном силами анархистского флота. В состоянии аврала Союз моряков работал много дней и ночей, обеспечив своевременное отступление.
У анархистов периода революции и Гражданской войны в землях бывшей Российской империи была очень популярна теория испанского либертарного педагога Франсеска Феррера. В частности, после Январского восстания в Одессе уже упомянутый Самуил Шварцбард с товарищами создали анархическую школу-приют для детей: Шварцбард возглавил экспроприацию прибрежного особняка мануфактурщика Бирнбаума, в котором была организована Свободная рациональная детская школа и приют для беспризорников. Жена мануфактурщика заняла сторону экспроприаторов и сама работала в этом приюте. А с марта 1918 г. по теории Феррера создавались махновские школы в Гуляйполе. Это и была настоящая “Новая украинская школа”, где с малых лет учили критическому мышлению и самоуправлению, чтобы человек рос свободной и самостоятельной личностью. Там же проходили обучение и взрослые махновцы, чтобы лучше понимать, за что они сражаются. Какой вдохновляющий образ будущего она рисовала, понятно из того, что 4 года армии государственников всех мастей не могли подавить вольное повстанчество, не имевшее даже укрытия в виде гор и лесов.
Среди частей, отступавших из Одессы сушей, было много анархистских дружин. Об их боевых качествах говорит один интересный эпизод из воспоминаний Нестора Махно. Под напором кайзеровских войск революционные части отступали с боями через всю Украину к Таганрогу и далее в Поволжье. В Саратове местные чекисты пытались разоружить отступавший отряд одесских анархистов в 250 бойцов во главе с неким Мишей. В ответ одесситы захватили город и удерживали его 17-19 мая 1918 г., пока из Тамбова не подошли красные полки.
Следующая фотоподборка из Telegram-канала Вячеслава Азарова “Последний махновец”, подписи его же:
После Февральской революции 1917 г. Красный создал группу анархистов на заводе Гена, организатор мероприятий по анархической социализации производства на заводах Одессы. Один из лидеров Одесской федерации анархистов. Вместе с Рытом создал Союз безработных Одессы, крупнейшую организацию города, насчитывавшую 20 тыс. чел. Один из организаторов и член штаба Одесской Красной гвардии. Член Исполкома Одесского СРД, делегат 2-го съезда Румчерода. По одному из мемуарных источников, после победы Январского восстания 1918 г. вошел в Совнарком Одесской советской республики комиссаром продовольствия.
При эвакуации Одесской республики ушел с отрядом анархистов в Крым, дальше через Москву на Дон, где был начальником политотдела штаба Донского фронта. Во второй период Советской власти в Одессе 1919 г. член Исполкома СРД и начальник Социалистической инспекции. В период белогвардейского мятежа немцев-колонистов под Одессой в июле 1919 г. создал отряд в 150 добровольцев, в основном с родного завода Гена, с которым ушел на фронт. По свидетельству очевидца, из-за близорукости попал под пулеметный огонь. Скончался от ран, похоронен на Куликовом поле. В 1920-30 гг. имя Красного носила улица Московская на Пересыпи (теперь Черноморского казачества)”
Во второй период Соввласти весной 1919 г. три брата Зозули и их сестра вступили в 1-й Одесский советский полк (после 40-й Украинский полк). Когда Максим Зозуля вышел из анархического движения, данных не обнаружил. Но писал он свои мемуары в августе 1967 г.”
После взятия Одессы кайзеровцами, отмечает Азаров в том же канале, борьба продолжилась на Харьковщине. 3 апреля 1918 г. командующий 3-й (бывшей Одесской Особой) армией РККА экс-анархист, а теперь левый эсер Петр Лазарев доложил командюжу Владимиру Антонову-Овсеенко, что части его армии заняли позиции под Константиноградом (Красноград) и начали контрнаступление на Полтаву. Наступлением от Лозовой командование Южного фронта хотело снять угрозу захвата Харькова – столицы Донецко-Криворожской советской республики.
Сама 3-я армия Лазарева возникла после переформирования в Феодосии Одесской Особой армии, созданной в феврале для борьбы с румынской аннексией Бессарабии и эвакуированной в Крым после падения Одесской республики. В армии насчитывалось много анархических отрядов, сведенных в батальон “Правды” и 3-й батальонный отряд анархиста Кузьмы Крадожена или сохранивших свою автономность вроде 1-го Одесского отряда анархистов-террористов Якова Зайдлера и 1-го Железного отряда из анархистов и левых эсеров под командой Якова Блюмкина. Также армии был придан Брянский бронепоезд (вероятно, речь идет о бронепоезде Брянского завода Екатеринослава во главе с анархистом Гариным).
Первый этап наступления шел успешно, батальоны 3-й армии выбили германские войска из Карловки и Варваровки, к 8 апреля начали занимать позиции у ключевой станции Барвенково. Армия Лазарева осталась единственной прочной обороной подступов к Донбассу, держала линии от Лозовой на Харьков, Славянск и Синельниково. Но 9 апреля войска южных советских республик сдали Харьков и, ввиду угрозы 3-й армии с левого фланга, командюж приказал Лазареву взорвать ж/д узел Лозовая и держать позиции у Барвенково по линии Северского Донца. 3-й армии была также подчинена 1-я Донецкая армия, срочно сколоченная из рабочих отрядов Донбасса.
16 апреля начались ожесточенные бои за Барвенково, батальонам Лазарева удалось разбить баварскую кавалерию и уничтожить бронепоезд противника. Однако вся 3-я армия насчитывала лишь 5 тыс. бойцов, а германское командование выдвинуло против нее две дивизии – пехотную и кавалерийскую из 9 полков, севернее подходили еще две пехотные дивизии, а также украинская и польская. 19 апреля их наступлением была уничтожена станция Барвенково, где огонь немецких батарей накрыл эшелоны со снарядами. В боях за станцию полностью погиб батальон имени Ленина, набранный из одесских рабочих и крестьян Ананьевского уезда. Всего армия Лазарева потеряла 1500 бойцов. “Разгром 3-й армии был нашим решительным поражением, после которого нам уже не дано было оправиться“, – заключал командюж Антонов. Началась эвакуация Донбасса.
В начале апреля 1918-го в Ростове был избран состав 3-го Румчерода – высшего органа ОСР. Кроме ее бывших наркомов в списке можно узнать командарма Петра Лазарева, эсера-максималиста и поэта-футуриста Бориса Черкунова, а также анархиста Степана Шехворостова. Деятели Одесской республики продолжали работу в изгнании, в надежде на ее скорое восстановление. Однако при возвращении Советской власти в Украину в начале 1919-го об этом уже не могло быть и речи в однопартийном централизованном государстве…
Кроме того, лидер одесских моряков Владимир Чернявский в апреле 1918-го предлагал создать “Вольный флот” из бывшей Транспортной флотилии. Процесс анархического обобществления флота пошел в начале лета 1918 г. Тогда под давлением германских и австро-венгерских войск вместе с Черноморской эскадрой суда торгового флота и Транспортной флотилии ушли из всех черноморских и азовских советских портов, скопившись в Новороссийске. Гражданскими судами управлял “Совет десяти” СМТФ во главе с тем же самым Чернявским. Совет имел штаб-квартиру на пароходе “Афон”, где обсудил потерю всех баз флота и вернулся к идее его социализации, поднятой в Одессе в январе 1918-го. Все суда СМТФ были официально объявлены “вольным флотом”, не подчиняющимся никаким государствам и работающим на самоуправлении судовых команд. Радиостанция “Афона” обратилась ко всем государствам Черноморского бассейна с предложением взаимовыгодной эксплуатации флота. В ответ фракция большевиков СМТФ подняла бунт, обвинив анархистов в помощи буржуазии. При поддержке Москвы и новороссийских властей они произвели переворот в профсоюзе и удалили анархистов от руководства.
Но уже через неделю, после затопления Черноморской эскадры на рейде Новороссийска, в порт зашли немецкие крейсера “Гебен” и “Бреслау”. Под прикрытием их орудий комсостав СМТФ произвел новый переворот и увел почти все суда торгового флота назад в черноморские порты под контроль оккупационных властей. Поучительная история, как не дав анархистам социализировать флот, большевики отдали его империалистам.
****
Добавим, что ранее “Ассамблея” рассказывала, как в первые дни 1919 г. Харьков был освобожден от УНРовцев отрядами левых эсеров и анархистов, поднявших летнее восстание в Москве, с разгромом которого воцарилась ленинская диктатура.
А еще, вас может заинтересовать наше историческое расследование о том, как первая столица оказалась в центре заговора анархистского подполья закончить Гражданскую войну, уничтожив руководство красных и белых.
